На чужие стихи

Аграрные технологии (стихи С. Пыхтина)
Баллада Судьбы (стихи Маркиз)
Волшебная скрипка (стихи Н. Гумилёва)
Император (стихи В. Камши)
Крокодилам весело (слова народные, автор первоисточника Андрей Лобанов)
Мой генерал (стихи Вук Задунайский)
Ответ Круппа (стихи Сергея Пыхтина)
Ответ на Ревана (стихи Джеркаса)
Ответ на Рейд (стихи Джарефа)
Ответ на Рейд местного населения (стихи Барлога Выборгского)
Полет Тай-Файтера (стихи Джесс Фьюри)
Прощание (стихи В. Камши)
Прилетает по ночам ворон(стихи А. Галича)
Рико Франко(перевод В. Брюсова)
Серые глаза - рассвет... (стихи Р. Киплинга)
Художник (стихи Р. Рождественского)
Я иду босиком… (стихи Маркиз)
Я охочусь за Серым призраком... (стихи Белгарата)

Аграрные технологии (стихи С. Пыхтина)

Наверх

Баллада Судьбы (стихи Маркиз)

Я играю с судьбой,
Я играю судьбу по аккордам,
Чтобы пальцы – огнем, чтобы дни – вязью нот,
Чтобы жизнь, как вино, через край.
Но пристрастен отбор –
Сзади тени незримым эскортом…
Может, кто мне былое обратно вернет
Или память сумеет украсть?

Я в дыханье ветров слышу голос волны, крики чаек.
К горизонту дорожкой уводит карминовый блик.
Но я рыцарь обманчивых снов, и мой образ печален.
Резкий профиль на фоне окна, тень с бокалом Шабли.

Моя дама мертва.
Сердце бьется едва.
Я не знаю, зачем я?
Пусть дорога крива,
Смерть – последний привал.
Я бродяга.
Кочевник.

Я играю в судьбу.
Я играю с судьбой сотни партий.
И фигуры замрут под рукой игрока,
Ожидая сигнала начать.
В море сброшенный буй
Станет точкой отсчета на старте,
И опять вдоль фронтов по извивам рокад,
Подчиняясь тоске книжных чар.

Я не сплю по ночам и слежу, как дожди моют крыши.
Я умею летать, если крылья не сдали в утиль.
Ведь я рыцарь неспетых баллад, и мой голос неслышен.
Но я помню о бурях, как данность приняв полный штиль.

Моя дама мертва.
А слова – лишь слова.
Они дешево стоят.
Пыль былого в отвал,
Если я рисковал…
Впрочем,
Это пустое.

Я играю в судьбу.
Я играю судьбою на вычет.
Так играют с котенком, гоняя моток,
Так бездумно теряют свой шанс.
Огибая мыс Бурь,
Возвращаюсь с богатой добычей,
Но как только на рейде подводят итог,
Понимаю, опять ни гроша.

Я открою окно и увижу маяк в Трапезунде,
И расправят ветра занавески потрепанный стяг.
Но я рыцарь несозданных книг, и мой образ безумен.
Я в обрывках баллад собираю свой мир по частям.

Моя дама мертва…
Залежалый товар –
Верность людям и клятвам.
Лгут дорог кружева,
Поздно переживать.
- Мы увидимся?
- Вряд ли.

Наверх

Волшебная скрипка (стихи Н. Гумилёв)

Милый мальчик, ты так весел, так светла твоя улыбка,
Не проси об этом счастье, отравляющем миры,
Ты не знаешь, ты не знаешь, что такое эта скрипка,
Что такое темный ужас начинателя игры!

Тот, кто взял ее однажды в повелительные руки,
У того исчез навеки безмятежный свет очей,
Духи ада любят слушать эти царственные звуки,
Бродят бешеные волки по дороге скрипачей.

Надо вечно петь и плакать этим струнам, звонким струнам,
Вечно должен биться, виться обезумевший смычок,
И под солнцем, и под вьюгой; под белеющим буруном,
И когда пылает запад и когда горит восток.

Ты устанешь и замедлишь, и на миг прервется пенье,
И уж ты не сможешь крикнуть, шевельнуться и вздохнуть, -
Тотчас бешеные волки в кровожадном исступленье
В горло вцепятся зубами, встанут лапами на грудь.

Ты поймешь тогда, как злобно насмеялось все, что пело,
В очи глянет запоздалый, но властительный испуг.
И тоскливый смертный холод обовьет, как тканью, тело,
И невеста зарыдает, и задумается друг.

Мальчик, дальше! Здесь не встретишь ни веселья, ни сокровищ!
Но я вижу - ты смеешься, эти взоры - два луча.
На, владей волшебной скрипкой, посмотри в глаза чудовищ
И погибни славной смертью, страшной смертью скрипача!

Наверх

Император (стихи В. Камши)

Лопнула струна, рухнула стена,
Но звенит ручей, но шумит сосна,
И сегодня ты принимаешь бой,
Нету стен, есть мир за твоей спиной!

Наползает мгла, умирает свет,
Вот он – твой зарок, вот он – твой ответ,
Раз пришла пора, расплатись собой.
Боли нет, есть мир за твоей спиной!

Хлещет кровь из ран, зло стучит в висках
Замерзает жизнь кораблём во льдах,
Меч еще в руке, ты еще живой…
Смерти нет, есть мир за твоей спиной!

Чей-то крик «держись», пламя маяка,
И уже к тебе тянется рука,
Проломив твой лед, кто-то встал с тобой,
Смерти нет, есть друг за твоей спиной.

Так, спина к спине на кресте дорог…
Не понять кто ты - смертный или бог,
И звенят миры сросшейся струной,
«Смерти нет, есть жизнь за твоей спиной»!

Наверх

Крокодилам весело (слова народные, автор первоисточника Андрей Лобанов)

Наверх

Мой генерал (стихи Вука Задунайского)

Наверх

Владелец и основатель оружейной империи, изобретатель клинового замка Крупп, стоял перед экспонатом артиллерийского музея в Питербурге и задумчиво смотрел на пищаль 17-го века с клиновым запиранием канала ствола и рычажным приводом открывания затвора. Ничто не ново под луной.

Потомки, я скажу вам: вы - дегенераты!!!
Куда девались пулеметы и гранаты?!
Да вы деретесь на клинках НЕ ИЗ МЕТАЛЛА!!!
И будто пороха в галактике не стало...

А вам давно пора пойти в свои музеи
Пройдите мимо аркебузы и фузеи
Найдете гатлинг - посидите часик рядом
Помедитируйте над этим аппаратом...

Да ваша плазма из винтовок чуть летает
Над ней глумятся ваши глупые джедаи
А пулемет их всех порвёт и успокоит
И пусть не тянутся к мечам - не стоит!

Семь сотен метров за секунду скорость пули
Три тыщи джоулей имеем мы на дуле
Пять тысяч выстрелов в минуту - ОЙ НЕ МАЛО!!!
Порвет - хоть трижды ты Реван, хоть Малак!

Пойдет по миру за джедаями охота
На поле боя вновь царицей лишь пехота
А победитель вечно прав - не так ли?
Но победитель не джедай, а Гатлинг!!!

Назад

Ответ на Ревана (стихи Джеркаса)

Прицельный залп разрушил борт
И я – владыка.
Ты был, наставник, слишком горд -
И умер дико.
Любой, кто встанет на пути
Нелеп и жалок
Прощай, учитель, и прости
Я – Малак.

И будет скрыт людской закон
Войны туманом
И древний вновь падет Лехон
Пред Коррибаном
Огонь и сталь дробят миры
А их немало.
Жестоки правила игры
Я - Малак

Я строю башню на песке
Сил и материй
Все люди - пешки на доске
В игре империй…
Но все решилось на клинках ,
Меня не стало
Но пусть останется в веках:
Я – Малак.

Наверх

Ответ на Рейд (стихи Джарефа)

Как настырны вы, земляне, - даже оторопь берёт...
Заселяете планету, лишь почуяв кислород.
Мы вас выселили с треском со своих планет и вот...
Над орбитой нашей кружит почти весь ваш космофлот.
Над орбитой нашей кружит, над орбитой нашей кружит,
Над орбитой нашей кружит почти весь ваш космофлот.

Поступил приказ: "Солдаты! Бейте всех до одного!!!"
- В бой вступили все системы ПэВэО и ПэКаО,
Атмосферников подняли - нами затыкают брешь:
Десять рэйдеров прорвали заградительный рубеж...

Цель я выбрал словно в тире, зафиксировал прицел,
И ору ему в эфире: "Улетай, покуда цел!!!"
Перехвачены ракеты, - пусто было-б ему што-б -
Но за мною вся планета - я зайду ему лоб-в-лоб!

Станут две стальные птицы вспышкой ало-голубой.
Никуда тебе не скрыться - я возьму тебя с собой!
Пусть осколков водопадом наш прольётся небосвод,
По-другому истребитель не догонит звездолёт...

Вот порвут потом с Землёю отношенья десять рас
И пойдут на вас войною, к сожалению без нас.
Предстоит и авм почуять пораженья горький вкус.
Ведь исход войны решает человеческий ресурс...

Наверх

Ответ на Рейд местного населения (стихи Барлога Выборгского)

На захваченной планете выжить может не любой
Если нам уж не отбиться, то мы вас возьмем с собой
Коль владыки передрались, то пора им дать отпор
И спасеньем нашим будет всеобъемлющий террор.

Мир прекрасный был поделен парой агрессивных рас
В нем для всех хватило места, не осталось лишь для нас.
Мы стояли меж кострами, под собой не чуя ног
И старик-шаман сказал мне: "твой черед, не трусь, сынок".

Отрядило к бою племя десять храбрых сыновей.
Мы во тьме ползли к ангару, слившись с тенью от камней
Хоть у нас нет космофлота, пусть захватчики дрожат.
Их скафандры не спасают от хорошего ножа.

Мир украшен новой вспышкой, той, что сотни звезд сильней
Поглощает пламя вышки и обломки кораблей.
Первой нотой песни смерти стал наш маленький отряд
Истребители, поверьте, замечательно горят.

После взрывов в космопортах и сгоревших городов
Мы не видим больше в небе их космических судов
После десяти лет ада с нами начат разговор
А решил судьбу восстанья всеобъемлющий террор.

Наверх

Полет Тай-Файтера (стихи Джесс Фьюри)

Тай-файтера полёт на ребелей,
На ребелей
Лети скорей –
И всех убей.
Ага!

Пехота марширует за углом,
Маршировать
Пехоте влом –
Какой облом!
Ага…

На флагмане стоит гранд-адмирал,
Ему мундир
Немного мал –
Он много жрал…
И в доску пьян.

На троне Палпатин сидит в плаще,
В одном плаще,
В одном ваще –
В натуре Лорд…
Ага!

Лорд Вейдер прибывает на ЗС,
Он по грибы
Мотался в лес –
Набрал и съест.
Ага!

Дестроер по галактике плывет –
Порядок-мир
С собой несет…
Держись, народ!
Вот-вот!

Наверх

Прилетает по ночам ворон (стихи А. Галича)

Прилетает по ночам ворон,
Он бессонницы моей кормчий,
Если даже я ору ором,
Не становится мой ор громче.
Он едва на пять шагов слышен,
Но и это, говорят, слишком.
Но и это, словно дар свыше, -
Быть на целых пять шагов слышным!

Наверх

Прощание (стихи В. Камши)

Очень редко на пороге успевают оглянуться
Оглянуться, улыбнуться, что-то главное сказать…
Уходящие уходят в те края, где лозы вьются,
Где крылатыми очнутся те, кто был рожден летать

Не всегда дано заметить, что стоишь ты на пороге,
На пороге, за которым плещут теплые моря,
Зеленеют сочно травы, и ведут, ведут дороги
Через поле, над которым занимается заря.

Это будет слишком рано, это будет слишком поздно,
Слишком рано для прощанья, слишком поздно для мечты,
Вспыхнет радуга над лугом, понесутся в вальсе звезды,
Уводя в иные дали тех, кого оставишь ты.

Очень редко на пороге успевают оглянуться…

Наверх

Рико Франко (перевод В. Брюсова)

Веселой тешились охотой
Король и рыцари его;
Веселой тешились охотой, -
И не убили ничего.

Все сокола их разлетелись,
И утомил бесплодный путь,
Все сокола их разлетелись, -
Настало время отдохнуть.

Поблизости был древний замок,
Там, где кончался темный лес;
Поблизости был древний замок,
А в нем прекрасная Иньес.

Ее увидел рыцарь Рико, -
И все на свете позабыл;
Ее увидел рыцарь Рико, -
И деву страстно полюбил.

Наутро, замок покидая,
Еще при блеске ранних рос,
Наутро, замок покидая,
Коварно деву он увез.

- Не об отце ль, Иньес, ты плачешь?
Забудь: не встанет больше он.
О брате ли, Иньес, ты плачешь?
Моим мечом он поражен.

- Не плачу я, сеньор любезный,
Но мне наряд мешает мой,
Мне дайте нож, сеньор любезный:
Я длинный шлейф обрежу свой.

Тогда учтиво рыцарь Рико
Кинжал толедский подает,
Тогда учтиво рыцарь Рико,
Полет коня замедлив, ждет.

Лицо Иньес к нему склоняет,
Чтоб взор ее он видеть мог,
И в грудь ему Иньес вонзает
В Толедо кованный клинок.

Наверх

Серые глаза - рассвет... (стихи Р. Киплинга, перевод К. Симонова)

Серые глаза - рассвет,
Пароходная сирена,
Дождь, разлука, серый след
За винтом бегущей пены.

Черные глаза - жара,
В море сонных звезд скольженье,
И у борта до утра
Поцелуев отраженье.

Синие глаза - луна,
Вальса белое молчанье,
Ежедневная стена
Неизбежного прощанья.

Карие глаза - песок,
Осень, волчья степь, охота,
Скачка, вся на волосок
От паденья и полета.

Нет, я не судья для них,
Просто без суждений вздорных
Я четырежды должник
Синих, серых, карих, черных.

Как четыре стороны
Одного того же света,
Я люблю - в том нет вины -
Все четыре этих цвета.

Наверх

Художник (стихи Р. Рождественского)

Кем они были в жизни -
величественные Венеры?
Надменные Афродиты -
кем в жизни
были они?..
Раскачиваясь,
размахиваясь,
колокола
звенели.
Над городскими воротами
бессонно горели огни.
Натурщицы приходили
в нетопленные каморки.
Натурщицы приходили -
застенчивы и чисты.
И превращалась одежда
в холодный
ничей комочек.
И в комнате
становилось теплее
от наготы...
Колокола звенели:
"Все в этом мире
тленно!.."
Требовали:
"Не кощунствуй!...
Одумайся!..
Отрекись!.."
Но целую армию
красок
художник
гнал
в наступленье!
И по холсту,
как по бубну, грозно стучала
кисть.
Удар!
И рыхлый монашек
оглядывается в смятенье.
Удар!
И врывается паника
в святейшее торжество.
Стекла дрожат в соборе...
Удар!
И это смертельно
для господина бога
и родственников его...
Колокола звенели.
Сухо
мороз
пощелкивал.
На башне,
вздыбленной в небо,
стражник седой
дрожал...
И хохотал
художник!
И раздавал пощечины
ханжам,
живущим напротив,
и всем грядущим ханжам!
Среди откровенного холода
краски
цвели на грунте.
Дул
торжественный ветер
в окна,
как в паруса.
На темном холсте,
как на дереве,
зрели
теплые груди.
Мягко светились
бедра.
Посмеивались
глаза.
И раздвигалась комната.
И исчезали
подрамники.
Величественная Афродита
в небрежной позе
плыла!..
А натурщицам
было холодно.
Натурщицы
тихо вздрагивали.
Натурщицы были
живыми.
И очень хотели
тепла.
Они одевались медленно.
Шли к дверям.
И упорно
в тоненькие накидки
не попадали плечом
И долго
молились
в церкви.
И очень боялись
бога...
А были
уже бессмертными.
И бог здесь был
ни при чем.

Наверх

Я иду босиком… (стихи Маркиз)

Я иду босиком,
Падших звезд собирая осколки.
Я иду сквозь туман,
Заплутав меж дорог сентября.
Жизни вечный закон –
Ты не знаешь, отпущено сколько.
Кто-то сходит с ума
И, наверное, тоже не зря.

Я мечтаю о снах,
Что бывают прекраснее яви.
Я сплетаю венки,
Сочетаю по цвету слова.
Я брожу допоздна –
Мне луна – бриллиантом в оправе,
Город – в устье реки
И за морем лежат острова.

Я иду босиком,
Под ногами багряные листья.
Сочиняю сонет
О турнирах и гордости дам.
До утра далеко,
Здесь и я – в Зазеркалье Алиса,
Мир в прозрачном окне
Сетью трещин не скроют года.

Я иду босиком…

Наверх

Я охочусь за Серым призраком... (стихи Белгарата)

Мы с тобою звались - приятели,
Здесь обычай у всех таков,
Но... бесстрастные обстоятельства
Превратили нас во врагов.
Я на зов твой отвечу вызовом,
Хоть не вижу, каков резон:
Я охочусь за Серым Призраком,
Уходящим за горизонт.

Нам с тобою больше не встретиться
У причальной стенки одной:
Ныне властвует околесица,
Называемая войной.
От шального выстрела Принципа
Покатился смертей сезон...
Я охочусь за Серым Призраком,
Уходящим за горизонт.

Так ли важно, кто первым выстроил
Самый первый на свете плот?
Я тебя приветствую выстрелом,
Ну, а там - кому повезет!
Победитель отметит тризною
Побежденного вечный сон...
Я охочусь за Серым Призраком,
Уходящим за горизонт.

Наверх

Назад